Direkt zum Inhalt | Direkt zur Navigation

    A. van der Goten: Im Gespaltenen Zauberland (Sergej Artamoshin)

    recensio Moskau 2017/8 обзор западной историографии


    Angela van der Goten: Im Gespaltenen Zauberland. Oswald Spengler und die Aneignung des Fremden. Versuch einer interdisziplinären Deutung. Heidelberg: Universitätsverlag Winter, 2015. – 592 s. – ISBN 978-3-8253-6411-3.

    Ангела ван дер Готен: В расколотой волшебной стране. Освальд Шпенглер и присвоение чужого. Опыт междисциплинарной интерпретации. – Гейдельберг: университетское издательство Винтер, 2015. – 592 с. – ISBN 978-3-8253-6411-3.


    Рецензент / Rezensent:

    Сергей Артамошин / Sergej Artamoshin


    Осмысление творческого наследия немецкого философа Освальда Шпенглера на протяжении уже столетия не снижает остроту споров и наблюдений о воздействии его идей, а самое главное его труда «Закат Европы» на европейский и мировой интеллектуальный мир. Несмотря на предметный анализ философских и исторических композиций О. Шпенглера, обращение, а точнее возвращение к Шпенглеру осуществляется вновь и вновь. И здесь, наверное, следует иметь в виду не степень ответов философа на проблемы развития человеческой культуры, а саму постановку вопросов, предпринятую им.

    Среди огромной литературы, посвященной личности и творческому наследию О. Шпенглера выделяются исследования А.М. Коктанека (Koktanek A.M. Oswald Spengler in seiner Zeit. München, 1968) и Д. Фелкена (Felken D. Oswald Spengler. Konservativer Denker zwischen Kaiserreich und Diktatur. München, 1988), анализирующие, соответственно, философско-историческую концепцию на фоне биографии философа, и рассмотрение философско-исторических и политических взглядов в контексте политической истории Германии первой половины ХХ века. Рецензируемая монография Ангелы ван дер Готен существенно отличается от устоявшегося способа понимания шпенглеровского наследия. Она, в отличие от Коктанека и Фелкена, рассматривает личность и взгляды О. Шпенглера на основе погружения в мир внутреннего «Я» и интерпретации его наследия сквозь психологический анализ личности философа. Таким образом, она исследует не столько то, что было высказано, а то, почему это было высказано, и высказано именно так, как это было написано и продемонстрировано читателям.

    Книга основывается на диссертации, защищенной на философском факультете университета имени Рупрехта и Карла в Гейдельберге. Она представляет собой попытку междисциплинарного исследования личности и взглядов О. Шпенглера на стыке исследовательских полей психоанализа, философии и теологии (S.26). В основе понимания личности немецкого философа лежит психоаналитический анализ его детства и юности посредством существующей психоаналитической модели изучения личности, где истоки лежат в изучении детских переживаний. Центральный вопрос, который ставит исследовательница, состоит в том, каким образом Шпенглер концептуализировал и структурировал основы своего учения, что позволит ответить на вопрос, кем был Шпенглер в действительности (S.21)?

    Психоаналитический подход предполагает обладание человеком двумя базовыми инстинктами: жизни (Эроса) и смерти (Танатоса). В основе жизненного инстинкта лежит удовлетворение сексуальной энергии, а инстинкт смерти служит реализации агрессивной энергии. Задача «Я» состоит в удовлетворении инстинктов с учетом существующих социальных норм (Табу). Неудовлетворенная сексуальная энергия приводит к яркому проявлению в СверхЯ инстинкта смерти и выражается в доминировании агрессивных тенденций личности. Болезнь как комплекс неполноценности приводит к гиперкомпенсации, выражающейся в стремлении к власти и доминированию (S.19).

    А. ван дер Готен полагает, что Шпенглер был больным человеком, страдающим пограничным нарушением личности, характеризующимся садомазохистскими проявлениями и нарциссизмом. Центральным симптомом пограничного состояния она выделяет страх, который заставляет Шпенглера в качестве защитной реакции осуществлять идентификацию собственной личности с чужим, другими людьми, что автор называет «присвоением чужого» (S.33). Болезнь Шпенглера не позволяла ему реализовывать свое «Я», что приводило к осуществляемой им компенсации посредством идентификации собственной личности с другими людьми. Его индивидуальность растворялась в чужой личности, переплетая свое и чужое. Автор полагает, что Шпенглер идентифицировал себя в большей степени с Ницше, а также с Гераклитом и Гёте (S.22). А. ван дер Готен предполагает, что таким образом Шпенглер одевал маски, присваивая чужие личности, стилизировал их, в надежде обрести внутреннюю уверенность и тем самым реализовать свое «Я» (S.25). Таким образом, предпосылкой успеха «Заката Европы», а также ключом к его дешифровке служит идентификация личности автора и созданного им учения (S.22).

    Психоаналитический анализ детства и юности Шпенглера автор осуществляет, опираясь на автобиографию философа, и, в большей степени, на книгу и неопубликованный дневник сестры Шпенглера Хильдегарт Корнхардт. А. ван дер Готен справедливо указывает на совпадение направленности книги Хильдегарт с известной книгой Э. Фёрстер-Ницше о своем брате, их стремление продемонстрировать своего брата как гения. Однако дневник Х. Корнхардт открывает потаенные стороны натуры Шпенглера, которые она старалась скрыть от общественности. Именно на страницах дневника открывается психическая болезнь Шпенглера (S.40).

    Основупсихических нарушенийА. ван дерГотен находитв переживанияхдетства. Семья, в которой отсутствовало чувство любви, создавала предпосылки будущих фобий Шпенглера. Отец, воспринимавший брак как выполнение долга, и мать, несчастная в браке, вынуждали его с раннего детства жить в мире фантазий. Он жил в постоянном страхе, который со временем перерос в фобию страха перед непогодой или публичностью, которая отягощалась еще диагностированным пороком сердца (S.178-181). Автор полагает, что пограничным нарушением личности страдала мать Шпенглера Паулина, а также психические нарушения были и у сестры Адели (S.194, 556). Страх перед взрослением и необходимостью выбора профессии вызывал у Шпенглера мысли о самоубийстве, если его “принудят к реальным делам" (S. 253). Биполярное разделение на мир и контрмир, полагает ван дер Готен, началось с противопоставления Шпенглера и его матери (S.196), заставлявшее компенсировать страх посредством переноса себя на место победоносного полководца в африканских или великогерманских битвах, о которых фантазировал Шпенглер в детстве (S.253). Автор высказывает суждение о том, что страх перед миром, сформировавшийся в детстве у Шпенглера, позднее нашел свое воплощении в основном сочинении германского философа (S.206).

    А. ван дер Готен останавливается на сексуальной стороне жизни Шпенглера, что является обязательным компонентом психоанализа. Она заключает, что существовавшие проблемы с девушками связаны с задержкой развития, когда, как писал Шпенглер, в 20 лет я ребенок, в 30 лет – студент (S.267). В фазе ребенка девушки не входили в орбиту его интересов и идейного мира, но нельзя сказать, что сексуальная сторона не интересовала его вовсе. В его мире образ женщины раскалывался на Мадонну/хорошую мать и проститутку. Стремление Шпенглера искать себе друзей не среди живых людей, а в мире абстракций и фантазий, приводило к тому, что он не мог выстраивать отношения с девушками, и все его попытки терпели крах. А. ван дер Готен считает, что свои садомазохистские желания он мог реализовывать только с проститутками, так как садомазохистские эксцессы с женщинами могли вызвать нежелательные общественные последствия (S.273). Отношения Шпенглера с проститутками нашли отражение в дневнике сестры Х. Корнхардт. Автор полагает, что биограф Шпенглера Коктанек, который был знаком с дневниками, опустил этот аспект, стремясь описать образ респектабельного Шпенглера, сконцентрировавшись на его талантах (S.330). Здесь следует отметить, что Хильдегарт Шпенглер в 1908 г. вышла замуж за Фрица Корнхардта, отношения с которым у матери не особенно ладились, поэтому свое завещание она составила в пользу единственного сына Освальда и будущей фрау Шпенглер (S.334).

    А. ван дер Готен считает, что разгадка Шпенглера состоит в том, что его литературное творчество было стремлением адаптироваться к враждебному миру, стремлением вернуться в «Закате Европы» в «волшебную страну» детства (S.380, 364). В своей книге он переносил собственную агрессию в форму безграничного отвращения, выражая тем самым признаки собственного личностного нарушения, скрываемые под маской ницшеанского господина земли (S.494).

    Автор полагает, что наибольшее воздействие на Шпенглера оказал Ницше и был его основной «маской». Ницше был философом будущего, обладавшим собственной истиной, также как и Шпенглер в своем фаустовском образе культуры, который являлся отражением идеи сверхчеловека Ницше (S.513-514). У Ницше Шпенглер заимствовал мотивы нигилистического кризиса, декаданса и воли к власти, включив их в собственную универсально-историческую морфологию истории. А. ван дер Готен утверждает, что Шпенглер не придумал ничего нового, только афористически стилизовал идеи, предоставив субъективный взгляд на мировую историю (S.330). Таким образом, экспансия «Я» через присвоение чужого несла в себе надежду на создание свободной от страха волшебной страны, в которой личность Шпенглера могла обрести гармонию.

    Психоаналитическая биография А. ван дер Готен акцентирует внимание на личностном фоне создания «Заката Европы», что показывает воздействие и отражение индивидуальности на философское сочинение. Однако только шпенглеровская стилизация чужого вряд ли смогла бы придать его книги такую популярность. Здесь следует учитывать и политическую и общественную ситуацию в Германии в условиях расколотого общества, где книга Шпенглера вызывала особый интерес постановкой актуальных вопросов и ответом на них. Психологический разбор личности и сочинений Шпенглера открывает новую сторону анализа интеллектуального наследия германского философа.

    Lizenzhinweis: Dieser Beitrag unterliegt der Creative-Commons-Lizenz Namensnennung-Keine kommerzielle Nutzung-Keine Bearbeitung (CC-BY-NC-ND), darf also unter diesen Bedingungen elektronisch benutzt, übermittelt, ausgedruckt und zum Download bereitgestellt werden. Den Text der Lizenz erreichen Sie hier: https://creativecommons.org/licenses/by-nc-nd/4.0/legalcode


    PSJ Metadata
    Sergej Artamoshin
    Im Gespaltenen Zauberland
    Oswald Spengler und die Aneignung des Fremden. Versuch einer interdisziplinären Deutung
    ru
    CC-BY-NC-ND 4.0
    Zeitgeschichte (1918-1945)
    Deutschland / Mitteleuropa allgemein
    Ideen- und Geistesgeschichte
    20. Jh.
    1880-1936
    Spengler, Oswald (118616110), Biografie (4006804-3), Persönlichkeit (4045242-6), Borderline-Persönlichkeitsstörung (4007720-2), Psychoanalyse (4047689-3)
    PDF document artamoshin_van der goten.doc.pdf — PDF document, 272 KB
    A. van der Goten: Im Gespaltenen Zauberland (Sergej Artamoshin)
    In: Rezensionen zur internationalen Forschung zur russischen und deutschen Geschichte – Rezensionsreihe des DHI Moskau 2017-8
    URL: http://www.perspectivia.net/publikationen/recensio-moskau/2017-8/artamoshin_van-der-goten
    Veröffentlicht am: 22.11.2017 09:33
    Zugriff vom: 13.12.2017 21:41
    abgelegt unter: